Музеи Казанского университета присоединяются к акции «Музейные зеркала»!
Посетителей Музея Н.И. Лобачевского при входе встречает трюмо второй половины XIX века. Зеркало принадлежало профессору Казанского университета Е.Л. Любарскому и передавалось в его семье из поколения в поколение. В 2017 г. украсило вестибюль Музея Н.И. Лобачевского.
Ещё один интересный экспонат с зеркалами находится в экспозиции музея – это шкаф-витрина. В зеркале отражаются вазы, скульптуры дамы и кавалера, чайные пары, тарелки, шкатулка и т.д.
Приглашаем вас посетить Музей Н.И. Лобачевского, где вы сможете посмотреть на свое отражение в старинных зеркалах, а также познакомиться с биографией выдающегося учёного Николая Ивановича Лобачевского!
Музей открыт каждый день, кроме воскресенья, с 9.00. до 18.00. Необходима предварительная запись по тел. +79600310130
Акция «Музейные зеркала» организована Музеем-усадьбой «Ясная Поляна» в канун дня рождения Льва Николаевича Толстого 8 сентября и продлится до 8 октября. В этот период российские музеи будут делиться в своих социальных сетях фотографиями зеркал из своих экспозиций или зеркал, изображенных на музейных предметах.
Николай Розов, сын бедного сельского священника, с детства проявлял большие способности и стремился только к одному: получить образование. Окончив семинарию, выдержав все тяготы полуголодной жизни на казенный счет и не отупев от зубрежки, он мечтал об университете – о Казанском университете, ректором которого был Николай Иванович Лобачевский. Молва о его справедливости и внимании к каждому способному юноше прошла по всей обширной территории Казанского учебного округа – от Волги до Сибири.
Летом 1840 года Розов собрал свой нехитрые пожитки в котомку, взял несколько заработанных рублей и отправился в свое пешее путешествие из Сибири в Казань. В Казани он был к августу. Деньги давно кончились. Осталась только надежда на Лобачевского. Розов проходил мимо стройных белых колонн университета, и не мог войти в этот храм науки. Неужели он будет учиться здесь? Все произошло как в сказке. Лобачевский сам экзаменовал сибиряка. Строго, внимательно, уважительно, сам поздравил с поступлением в университет и поселил у себя дома, даже выхлопотал для него казенную стипендию. Недаром шла слава о Лобачевском как заботливом воспитателе российских талантов. Скольким он помог, открыл их призвание, помог выйти на дорогу бескорыстного служения науке. У него был особый дар: видеть таланты. Своим учителем называли его химики Н.Н. Зинин и А.М. Бутлеров, востоковеды В.П. Васильев и И.Н. Березин, технолог М.Я. Киттары, физик И.А. Больцани.
Здание университетской клиники Казанского императорского университета
К сожалению, мало известно о студенческой жизни Николая Розова, но о дружеских отношениях Лобачевского и Розова сохранились воспоминания. Дочь великого математика Варвара Ахлопкова писала : «Николай Розов, сын бедного священника, из Сибири пришел пешком в Казань, чтобы поступить в университет, обратился он к Лобачевскому и с его помощью поступил на медицинский факультет и жил даже в его доме, а летом ездил вместе в деревню Слободка. Розов так был привязан к семейству Лобачевских, что когда вдова Варвара Алексеевна Лобачевская, живя уже в Петербурге, сообщала о своей болезни, он всегда немедленно приезжал и говорил, что хотя он никуда не ездит и от всякой практики отказался, но ее, как благодетельницу — всегда готов лечить». О том, что Николай Розов «не одно лето живал» в имении Лобачевского Слободке, вспоминает и сын Лобачевского – Николай, и профессор зоолог Н.П. Вагнер. Н.И. Розов закончил медицинский факультет университета в 1845 году со званием лекаря первой степени и серебряной медалью. Он был оставлен ассистентом хирургической университетской клиники, работал врачом студенческой больницы. В 1850 году Розов защитил докторскую диссертацию и получил назначение в Тульскую врачебную управу.
Хирургические и ветеринарные инструменты XIX в. из экспозиции музея истории Казанского университета
Начался самый большой период его деятельности — по организации медицинского обслуживания населения России. Самые различные должности занимал энергичный и знающий медик Н.И. Розов: инспектор Вятской и Воронежской врачебных управ, вице- директор, а затем управляющий Медицинским департаментом Министерства внутренних дел, председатель Ветеринарного департамента и т.п. Всегда оставалось неизменным одно: стремление служить своими знаниями народу, сделать медицинскую помощь доступной для крестьян, высоко нести благородное звание врача. Этим гуманным идеалам, воспитанным в нем ректором университета Николаем Ивановичем Лобачевским, Николай Игнатьевич Розов оставался верен всю жизнь.
В Музее истории Казанского университета состоялось открытие выставки «Оптимист», посвященной 110-летию со дня рождения геолога А.А. Трофимука. Эта выставка первая, успешная «проба пера» молодых сотрудников Музея истории Афанасьева Андрея и Микиртычьяна Артёма, которые ещё недавно посещали музей как студенты-практиканты.
Первыми гостями выставки стали проректор по направления нефтегазовых технологий, природопользования и наук о Земле, директор Института геологии и нефтегазовых технологий КФУ Нургалеев Данис Карлович, сотрудники Геологического музея им. А.А. Штукенберга и студенты-геологи. Последние после официального открытия выставки надолго задержались в музее послушать рассказы кандидата геолого-минералогических наук Геннадия Владимировича Сонина, который делился воспоминаниями об Андрее Алексеевиче Трофимуке.
Андрей Алексеевич Трофимук – выпускник Казанского университета, доктор геолого-минералогических наук, академик АН СССР, директор Института геологии и геофизики Сибирского отделения АН СССР, заслуженный деятель науки и техники РСФСР.
Открытием для всех стал фильм, снятый к 2010 г. к 100-летию со дня рождения академика. Его полная версия хранится в Музее истории. Впервые за много лет голос А.А. Трофимука вновь зазвучал под сводами Казанского университета.
На выставке представлены документы и фотографии из личного архива А.А. Трофимука, переданные им и его родственниками в Музей истории, его научные труды из фондов Научной библиотеки
КФУ. Большой комплекс фотоматериалов был предоставлен Институтом нефтегазовой геологии и геофизики им. А.А. Трофимука. Частью экспозиции также стали образцы нефти и керновых пород из Геологического музея им. А.А. Штукенберга, которые были добыты в районах, где работал академик.
Узнать подробнее про академика, директора института и нефтяника Андрея Алексеевича Трофимука вы сможете, посетив выставку «Оптимист».
Место проведения выставки: Музей истории Казанского университета.
Адрес: 420008, г. Казань, ул. Кремлевская, 18, 2 этаж.
Время работы: понедельник – суббота с 9.00 до 18.00, выходной – воскресенье.
Предварительная запись по тел.: +7 (960) 031-01-30, +7 (843) 238-15-73
Новый учебный год начался! За первую неделю сентября музеи Казанского университета посетили студенты Института управления, экономики и финансов КФУ, Института международных отношений КФУ, Института фундаментальной медицины и биологии КФУ и учащиеся Лицея имени Н.И. Лобачевского КФУ. В музеях побывали за эти дни около 900 человек. Они посмотрели экспозиции и выставки Музея истории Казанского университета, Геологического музея им. А.А. Штукенберга, Зоологического музея и гербария им. Э.А. Эверсмана, Музея Н.И. Лобачевского, Этнографического музея.
Если вы студент КФУ и хотите познакомиться с историей развития науки в Казанском университете, то можете записаться на экскурсию по тел. +79600310130. Посещение для студентов и сотрудников КФУ бесплатно.
Музеи открыты каждый день, кроме воскресенья, с 9.00 до 18.00. Требуется предварительная запись.
Анас Бакиевич Халидов (1929-2001) – выдающийся востоковед-арабист, крупный специалист по арабским рукописям, доктор филологических наук активно содействовал делу возрождения востоковедения в Казанском университете. С 1990 г. на протяжении 10 лет он преподавал в университете, вёл курсы «Деловой арабский язык», «Содержание Корана», разработал спецкурсы «Исламоведение» и «Лексика Корана» для студентов Института востоковедения КГУ, образованного в 2000 г.
Анас Бакиевич Халидов. Фото из экспозиции Музея истории Казанского университета
Когда А.Б. Халидов работал на кафедре восточных языков, Казанскому университету была преподнесена в дар копия рукописи ученого XIII в. Таджаддина ал-Булгари «Ат-Тирйак ал-кабир». Копия рукописи была получена во время официального визита Президента Республики Татарстан М.Ш. Шаймиева в Исламскую Республику Иран в 1996 г. Анас Бакиевич занимался исследованием данной рукописи и ее переводом с арабского языка. В 1997 г. вышло издание данного перевода. Помимо основного перевода, издание также включало комментарии к переводу и дешифровку текста. М.А. Усманов, профессор Казанского университета, в предисловии отметил, что до данного трактата не было известно ни одного текста научного сочинения булгарских авторов домонгольского периода.
Текст рукописи «Ат-Тирйак ал-кабир»
Название «Ат-Тирйак ал-кабир» переводится как «Большой тирйак» или «Большое противоядие». Словом «тирйак» обозначали лекарство широкого спектра действия с очень сложным составом. Первоначально средство использовалось в качестве противоядия, а позже оно стало применяться как универсальное средство от множества заболеваний. Рукопись «Ат-Тирйак ал-кабир» написана в древнем городе Мосуле, хотя автор – булгарского происхождения. Таджаддин ал-Булгари являлся известным врачевателем Востока наряду с Авиценной (Ибн Сина) и «Большой тирйак» – это рецепт, который был известен только ему. В этой же рукописи он подробно описывает количество ингредиентов, их объем, как принимать средство и от каких болезней. Оригинал рукописи в настоящее время хранится в библиотеке Иранского меджлиса.
Руины г.Булгар, сделанные членами Общества истории, археологии и этнографии при Казанском университете. Их экспозиции МИКУ.
В результате изучения труда «Ат-Тирйак ал-кабир» А.Б. Халидовым выяснилось, что данная рукопись не единственная работа булгарского ученого Таджаддина ал-Булгари. Есть более объемный труд «Собрание полезных свойств лекарственных трав».
Анас Бакиевич Халидов автор публикаций таких уникальных рукописей как: «Вторая записка» Абу Дулафа (совместно с П.Г. Булгаковым), «Книга стоянок и жилищ» Усамы ибн Мункиза. В 1985 г. вышла его монография «Арабские рукописи и арабская рукописная традиция», где дается обобщенная характеристика средневековых арабских рукописей. Этот фундаментальный труд выдающегося советского и российского арабиста стал неоценимым помощником для тех, кто изучает рукописные произведения арабского Востока.
С какой любовью, почтением вспоминали первые студенты Императорского Казанского университета «незабвенного» Николая Мисаиловича Ибрагимова, который не только преподавал алгебру, геометрию, но и прививал любовь к литературе, театру. Талантливый педагог, деятельный, искренний, влюбленный в свое дело он сочинял стихи, многие из которых стали народными песнями. «Во поле березонька стояла», «Вечерком красна девица» обрели всенародную любовь и поются сегодня спустя два столетия.
Такая же редкая удача – написать стихотворение, которому суждено стать народной песней, – выпала на долю младшего сына Николая Мисаиловича Ибрагимова – Льва. «Ты душа ль моя, красна девица» была опубликована в журнале «Библиотеке для чтения» (1841). В рецензии на книгу Льва Ибрагимова, помещенной в этом журнале, говорится: «Для одной из его прелестных русских песен «Ты душа ль моя, красна девица» Николай Иванович Бахметьев сочинил восхитительную мелодию, и эта песня, как известно, теперь в большой моде в петербургских гостиных». Песню стали петь не только в гостиных, она «пошла» в народ и полюбилась ему.
«Ты душа ль моя, красна девица!
Ты звезда моя ненаглядная!
Ты услышь меня, полюби меня,
Полюби меня, радость дней моих!»
Биография поэта Льва Ибрагимова мало известна. В библиотеке Казанского университета есть «Список студентов и слушателей в Казанском университете за 1834 год», из которого можно узнать, чтоон поступил в университет 19 сентября 1833 г., а 16 июня 1837 г. закончил университет со званием действительного студента и был определен старшим учителем в 1-ю Казанскую гимназию. По воспоминаниям его сокурсника Н.И. Мамаева, Лев Ибрагимов был человеком остроумным, любил шутку, мог высмеять любого и вовсе не отличался благонравным поведением или рвением к изучению преподаваемых дисциплин. Так, он однажды подшутил над преподавателем латинского языка Г.А. Лукашевского, который опоздал на урок. «Передразнивание вышло превосходно, – Ибрагимов превзошел сам себя, – и возбудил общий смех… Когда Лукашевсий взошел на кафедру и, расположившись на ней так, как за минуту перед тем сделал Ибрагимов, начал тем же голосом и той же интонацией читать книгу, студенты не могли удержаться от смеха. На кафедре перед нами стоял двойник Ибрагимова: те же – тон, манера, положение тела».
Печататься Ибрагимов начал рано. Еще когда он был гимназистом казанский журнал «Заволжский муравей «опубликовал его стихотворение «К надежде»:
В «Заволжском муравье» были опубликованы еще несколько стихотворений Ибрагимова: «К учительскому бумажнику», «Закат моей звезды», «Три мелодии», «Друзьям моим» и другие. Уже первые стихи говорили о даровании молодого поэта.
Друзья любезные! Прощайте,
Пируйте! – жизнь на то дана!
Но уж меня не поминайте
За чашей светлого вина!
Ах, помню время золотое-
Дни пылкой юности моей,
Разгулье жизни удалое-
И шумный пир в кругу друзей.
6 июня 1837 г. университет встречал наследника престола Александра Николаевича (будущего императора Александра II), которого сопровождал В.А. Жуковский. Помимо прочих церемоний в честь «высоких гостей» Лев Ибрагимов читал свои стихи. Современники вспоминают, что Жуковский «сильно восхищался ими». Поэтический дар, как и талант педагога Лев унаследовал от своего отца Николая Мисаиловича. Ревизоры, проверяющие гимназию, где он был учителем грамматики и географии отмечали: «познания учеников во всех классах были довольно хорошие. Учитель, знает свое дело, старателен и со временем может быть наставником в совершенстве». Он принимал активное участие в литературной жизни Казани, часто посещал литературные вечера, проходившие в доме К.Ф. Фукса. К Александре Андреевне Фукс, организатору и душе казанских литературных вечеров, Лев Николаевич относился с искренним уважением. В стихотворении «К портрету А.А.Ф.» он пишет:
Вот образ женщины прекрасной,
Все совершенства красоты;
В очах сияет гений ясный
И вдохновенные мечты!
Это четверостишие написано в альбоме хозяйки литературного салона рядом с посланиями Е.А. Боратынского и Н.М. Языкова.
Казанский период жизни Льва Ибрагимова был недолгим. В 1843 г. он уволился из гимназии и вскоре уехал из Казани. Работал в Перми, Тагиле. Но главное событие его жизни состоялось именно в Казани. Здесь в 1841 г. был издан сборник его первых стихов, который, несомненно, украсил поэтическую лирику России.
Вчера в Музее Н.И. Лобачевского состоялось открытие путешествующей выставки Государственного биологического музея им. К.А. Тимирязева «Засушенному – верить». Выставка рассказывает о людях, которые в условиях репрессий и несправедливости смогли сохранить человеческое достоинство. Основная история выставки: о Соловецком лагере особого назначения и травах, которые вместе с заключенными были перенесены на несколько тысяч километров от привычных мест их жизни. Герои выставки предстают в неожиданном ракурсе – через лист гербария, который выступает как научный источник, архивный документ, метафора памяти и хрупкости жизни.
Открыли выставку заместитель председателя Комитета Государственного Совета Республики Татарстан по образованию, культуре, науке и национальным вопросам Л.Н. Рыбакова, директор Музея истории Казанского университета С.А. Фролова, куратор выставки, научный сотрудник Государственного биологического музея им. К.А. Тимирязева Надежда Пантюлина. До открытия выставки шоу-руме Высшей школы журналистики и медиакоммуникаций КФУ состоялась встреча с Надеждой Пантюлиной.
На открытии присутствовали: И.М. Шалман – внучатый племянник ректора КГУ (1931-1935) Н.-Б.З. Векслина, арестованного в 1937 г. (реабилитирован посмертно в 1956 г. «за отсутствием состава преступления»); профессор КФУ М.С. Тагиров – внучатый племянник поэта Хасана Туфана М.Р., репрессированного в 1940 г. (реабилитирован в 1956 г., вернулся в Казань), а также историки и сотрудники музеев г. Казани.
На выставке представлено большое количество архивных документов, гербарии Государственного биологического музея имени К.А. Тимирязева, Московского университета имени М.В. Ломоносова, Главного ботанического сада имени Н.В. Цицина РАН, Ботанического института имени В.Л. Комарова РАН, Музея Норильска, Воронежского государственного университета и частного собрания ботаника и краеведа Марины Трифоновой. Художественный проект выставки был создан Петром Пастернаком. В выставке участвуют работы современных художников Андрея Кузькина, Хаима Сокола, Ивана Щукина.
Передвижная выставка в каждом городе прирастает местными историями. В Казани она содержит истории о поэте Хасане Туфане, репрессированных ученых Казанского университета, колонии ОГПУ в Раифском монастыре, подвесной чернильнице эвакуированного Дмитрия Лихачева, хлебе из лебеды голодного военного времени и чистописании между строк подлежащих списанию книг врагов народа – из воспоминаний первого Президента Республики Татарстан Минтимера Шаймиева и его учительницы Хадичи Ахмадуллиной.
Все истории дополнены растениями из гербария Казанского (Приволжского) федерального университета, экспонатами и документами из собрания Музея истории Казанского университета. Общая экспозиция выставки дополнена работами знаменитого художника Рашида Сафиуллина.
Благодарим Казанский (Приволжский) федеральный университет: ректора И.Р. Гафурова, первого проректора Р.Г. Минзарипова, проректора по финансовой деятельности Р.И. Газизуллина, проректора по хозяйственной деятельности Л.С. Сафиуллина, начальника Правового управления Г.М. Сибгатуллину, финансовые, хозяйственные и PR-службы КФУ за слаженную и оперативную работу по организации этой выставки.
Выставку можно будет посетить в Музее Н.И. Лобачевского КФУ до 8 ноября.
Лампа-бульотка – это распространённый в XIX в. вид светильника, представлявший собой бронзовый канделябр с цилиндрическим непрозрачным абажуром, который мог быть круглой, шестигранной или как в данном случае овальной формы, обычно зелёного цвета, иногда украшенный разнообразными орнаментами. Главное отличие этой лампы от простого канделябра заключалось в подвижности абажура или подсвечника, свободно перемещающегося по вертикальному стержню. Благодаря такой конструкции лампу можно было настроить так, чтобы она освещала только стол и предметы на нем. Эта особенность с момента появления лампы сначала во Франции, а потом и по всей Европе была оценена и приспособлена для себя любителями карточных игр. Так во время затяжной партии свет от сгорающих свечей можно было контролировать, чтобы тот освещал лишь карты и карточный стол, оставляя в тени лица игроков.
Гравюра. Рюот Луи Шарль Старший. L’Escamoteur. Франция, 1804
Собственно, своему необычному названию лампа обязана карточной игре «Bouillotte», возникшей в период революции в конце XVIII в. и ставшей очень популярной в Европе в первой трети XIX в. Партия «Bouillotte» разыгрывалась на специальном столе с отверстием в центре, в которое вставлялась лампа. Наиболее близким сохранившимся сегодня аналогом «Bouillotte» является карточная игра Брелан. Считается, что эта игра значительно повлияла на становление некоторых разновидностей современного покера.
Картина Г. Ф. Керстинга (1814), изображающая человека, читающего при свете лампы-бульотки
Через некоторое время лампы-бульотки перекочевали с карточных столов в рабочие кабинеты. Дорогие лампы выполняли в золочёной бронзе, абажуры расписывали орнаментами по красному или зеленому фону. Особенно актуальными они оказались для чиновников, ученых, чья обширная деятельность попросту не умещалась в светлое время суток. Таковым был и Николай Иванович Лобачевский в наиболее активный период своей жизни, совмещавший обязанности ректора, преподавателя, председателя строительной комиссии, разнообразных научных обществ и т.д. Вечера и ночи, проведенные в рабочем кабинете за чтением в свете лампы документов, отчетов, научных работ и книг не могли, в конце концов, не сказаться на зрении ученого. Высокая нагрузка на глаза, в сочетании со стрессом, вызванным смертью двух детей – в 1846 г. двухлетней дочери Надежды, в 1852 г. старшего сына Алексея, привела к прогрессирующей слепоте ученого. Свою работу «Пангеометрия» Николай Иванович, будучи к 1855 г. практически полностью слепым, ученый диктовал своим ученикам.
Лампа-бульотка из фонда Музея истории Казанского университета. Первая половина XIX в.
Несомненно, эти светильники стали свидетелями многих драм, разыгрывавшихся в русском обществе первой половины XIX в., воплощенных впоследствии в литературе и живописи. Их образ настолько прочно вошел в российскую повседневность, что его элементы прослеживаются в электрических настольных лампах XX в. Например, так называемая наркомовская лампа, непременный атрибут рабочего стола советского чиновника в сталинскую эпоху, своим видом явно отсылает к «бульотке».
Интересный факт. Советский аналог лампы-бульотки, лампу «наркомовскую», можно увидеть на столе А.Е. Арбузова в Музее Казанской химической школы. Похожая лампа стояла на столе В.И. Ульянова-Ленина в рабочем кабинете в Кремле.
19 августа 1839 г. на объединенном заседании французских Академии наук и Академии изящных искусств физиком Франсуа Араго общественности был представлен доклад о процессе дагерротипии.
Дагеротипия – это процесс получения изображения, в основе которого лежит иодид серебра, очень чувствительный к действию света. Сам же дагерротип представляет собой медную пластинку с тонким слоем серебра. Пластину помещали в камеру-обскуру, направленную на неподвижный хорошо освещенный предмет. Полученное изображение проявляли при помощи паров ртути. В результате химической реакции на пластине образовывалась амальгама (ртутно-серебряное соединение), которую фиксировали тиосульфатом натрия. Данная технология стала быстро распространяться, когда французское правительство выкупило у Луи Дагера и Исидора Ньепса (сын Ж.Н. Ньепса, который работал с Дагером) права на изобретение.
Одним из первых снимков стал дагерротип с изображением мастерской художника, сделанный самим Дагером в 1837 г. В Российской империи же новая технология стала известна в 1839 г. благодаря ученому Иосифу Гамелю. А первый дагерротип в России был получен 8 октября 1839 г. инженером Ф.О. Тереминым, который запечатлел Исаакиевский собор.
История казанской дагерротипии начинается в 1843 г., когда в «Казанских губернских ведомостях» появилась информация о посещении города мастером дагерротипии, имя которого осталось неизвестным. Позже в Казани появляются и другие мастера, путешествующие по российским городам: Барт, Давиньон, Тицнер, И.И. Пейшес, Х.Ф.-В. Вегенер. Информация об их съемках почти не сохранилась.
В 1850-х гг. приезжие фотографы стали привычным явлением в Казани: проработав пару месяцев или недель, они продолжали свою работу в других городах. Первая стационарная мастерская фотографии в Казани появилась в 1853 г., а к концу 60-х гг. XIX в. – профессиональные фотографы.
Дагерротип Вид на Императорский Казанский университет. Неизвестный автор. Казань. 1840-1850-е гг. Из собрания Государственного исторического музея
В конце 1870-1880-е гг. наступает расцвет фотографического дела в Казани. Фотозаведения выполняли самые разные виды работ, фотопринадлежности можно было купить в местных магазинах, а не выписывать из столицы или из-за границы. В это же время фотография начинает проникать в научную практику в Казанском университете и использоваться в образовательных целях. Ученые и профессора университета быстро оценили плюсы фотографии в качестве помощницы науки. Например, на выставке Общества археологии, истории и этнографии 1882 г. в качестве экспонатов были фотографии преподавателей из экспедиций. Среди ученых университета были и фотографы-любители, чье увлечение переросло из хобби в общественную деятельность. Так, профессор ботаники Казанского университета Николай Васильевич Сорокин был одним из организаторов и активным участником Казанского фотографического общества.
В 1890-х гг. среди небольшого круга фотографов-любителей распространилась идея о создании в Казани, по примеру больших городов, фотографического общества. На протяжении двух лет мысль эта идея обсуждалась на небольших частных собраниях, разрабатывался проект устава общества. Всю работу по организации Общества, переписку с государственными органами взял на себя Николай Васильевич.
Н.В. Сорокин
18 марта 1895 г. Н.В. Сорокин «по доверию учредителей» подал казанскому губернатору прошение об утверждении фотографического общества, приложив устав общества, который подписали 25 человек. Пройдя все формальности, 6 октября состоялось первое собрание членов-учредителей Общества. На этом собрании присутствовало 13 человек. Первым председателем Казанского фотографического общества был единогласно избран Н.В. Сорокин, были также избраны товарищ председатель, казначей, секретарь и правление. Деятельность Общества была самой разнообразной: устраивались собрания, проводились занятия и лекции, члены общества принимали участие в фотовыставках, сформировалась библиотека.
В последующие годы многие ученые продолжили совершенствовать процесс получения фотографий, используя разные материалы и реактивы. Появляются цветные фотографии, находят способы тиражирования фотоизображений, изобретают способы их получения без дополнительной работы в лаборатории, и наконец, появляется цифровая фотография. Возникают и различные фотографические техники с совершенно разными результатами.
Сейчас фотография доступна практически всем, кто-то занимается ей как хобби, а кто-то занимается ею профессионально, сделав делом всей своей жизни. Однако всех фотографов можно поздравить с профессиональным праздником – Всемирным днем фотографии.
16-18 августа сотрудники Музея истории Казанского университета приняли участие в Международном фестивале школьных учителей в Елабужском институте КФУ. Мы рассказывали о музеях университета, наших детских программах, общались с преподавателями со всей страны и участвовали в акции «Ночь Музеев». Гости активно участвовали в «Своей игре» по истории Казанского университета. Хотя жителям других регионов она и давалась с трудом. А головоломка «Волшебный квадрат» вызвала особый интерес учителей. Они планируют использовать его на своих уроках.
Кроме того, мы встретились с коллегами из университетских музеев Елабужского института: посетили археологический музей и музей Епархиального училища, музей Елабужского купечества.
Жаркая погода не помешала нам познакомиться с историей старинного города: осмотрели окрестности с колокольни Спасского собора и Елабужского городища, побывали в Музее уездной медицины, Доме памяти Марины Цветаевой, Доме-музее Ивана Шишкина, Музее-усадьбе Надежды Дуровой.
Благодарим организаторов фестиваля за радушный приём. И ждём коллег в музеях Казанского университета!
Ещё один интересный экспонат с зеркалами находится в экспозиции музея – это шкаф-витрина. В зеркале отражаются вазы, скульптуры дамы и кавалера, чайные пары, тарелки, шкатулка и т.д.
Николай Розов, сын бедного сельского священника, с детства проявлял большие способности и стремился только к одному: получить образование. Окончив семинарию, выдержав все тяготы полуголодной жизни на казенный счет и не отупев от зубрежки, он мечтал об университете – о Казанском университете, ректором которого был Николай Иванович Лобачевский. Молва о его справедливости и внимании к каждому способному юноше прошла по всей обширной территории Казанского учебного округа – от Волги до Сибири.
Здание университетской клиники Казанского императорского университета
Хирургические и ветеринарные инструменты XIX в. из экспозиции музея истории Казанского университета
Первыми гостями выставки стали проректор по направления нефтегазовых технологий, природопользования и наук о Земле, директор Института геологии и нефтегазовых технологий КФУ Нургалеев Данис Карлович, сотрудники Геологического музея им. А.А. Штукенберга и студенты-геологи. Последние после официального открытия выставки надолго задержались в музее послушать рассказы кандидата геолого-минералогических наук Геннадия Владимировича Сонина, который делился воспоминаниями об Андрее Алексеевиче Трофимуке.
Новый учебный год начался! За первую неделю сентября музеи Казанского университета посетили студенты Института управления, экономики и финансов КФУ, Института международных отношений КФУ, Института фундаментальной медицины и биологии КФУ и учащиеся Лицея имени Н.И. Лобачевского КФУ. В музеях побывали за эти дни около 900 человек. Они посмотрели экспозиции и выставки Музея истории Казанского университета, Геологического музея им. А.А. Штукенберга, Зоологического музея и гербария им. Э.А. Эверсмана, Музея Н.И. Лобачевского, Этнографического музея.
Вчера в Музее Н.И. Лобачевского состоялось открытие путешествующей выставки Государственного биологического музея им. К.А. Тимирязева «Засушенному – верить». Выставка рассказывает о людях, которые в условиях репрессий и несправедливости смогли сохранить человеческое достоинство. Основная история выставки: о Соловецком лагере особого назначения и травах, которые вместе с заключенными были перенесены на несколько тысяч километров от привычных мест их жизни. Герои выставки предстают в неожиданном ракурсе – через лист гербария, который выступает как научный источник, архивный документ, метафора памяти и хрупкости жизни.
Открыли выставку заместитель председателя Комитета Государственного Совета Республики Татарстан по образованию, культуре, науке и национальным вопросам Л.Н. Рыбакова, директор Музея истории Казанского университета С.А. Фролова, куратор выставки, научный сотрудник Государственного биологического музея им. К.А. Тимирязева Надежда Пантюлина. До открытия выставки шоу-руме Высшей школы журналистики и медиакоммуникаций КФУ состоялась встреча с Надеждой Пантюлиной.
На выставке представлено большое количество архивных документов, гербарии Государственного биологического музея имени К.А. Тимирязева, Московского университета имени М.В. Ломоносова, Главного ботанического сада имени Н.В. Цицина РАН, Ботанического института имени В.Л. Комарова РАН, Музея Норильска, Воронежского государственного университета и частного собрания ботаника и краеведа Марины Трифоновой. Художественный проект выставки был создан Петром Пастернаком. В выставке участвуют работы современных художников Андрея Кузькина, Хаима Сокола, Ивана Щукина.
Передвижная выставка в каждом городе прирастает местными историями. В Казани она содержит истории о поэте Хасане Туфане, репрессированных ученых Казанского университета, колонии ОГПУ в Раифском монастыре, подвесной чернильнице эвакуированного Дмитрия Лихачева, хлебе из лебеды голодного военного времени и чистописании между строк подлежащих списанию книг врагов народа – из воспоминаний первого Президента Республики Татарстан Минтимера Шаймиева и его учительницы Хадичи Ахмадуллиной.
Благодарим Казанский (Приволжский) федеральный университет: ректора И.Р. Гафурова, первого проректора Р.Г. Минзарипова, проректора по финансовой деятельности Р.И. Газизуллина, проректора по хозяйственной деятельности Л.С. Сафиуллина, начальника Правового управления Г.М. Сибгатуллину, финансовые, хозяйственные и PR-службы КФУ за слаженную и оперативную работу по организации этой выставки.
