Как посетители скучают по музеям, так и экспонаты всех музеев Казанского университета очень скучают по посетителям. Тем более, если они – маленькие «звезды» своих музеев.
Десятое место: Рутений
Скляночка с веществом черного цвета так и притягивает взгляды многих посетителей. И удивляться тут нечему – это единственный в мире химический элемент, открытый в России! Спасибо профессору Казанского университета Карлу Клаусу.
Девятое место: Выпускной диплом А.В. Вишневского
Знаменитая фамилия обладателя этого документа об окончании университета – Александра Васильевича Вишневского – делает и сам экспонат не менее знаменитым. Недавно мы уже говорили о дипломах Казанского университета, там вы можете прочитать и об этом дипломе.
Восьмое место: Модель берлинских часов Мира
Экстравагантный облик этих часов особенно привлекает детей. На них можно увидеть все часовые пояса нашей планеты и узнать разницу во времени. Самое главное, что часы можно потрогать, покрутить и они «тикают».
Седьмое место: Зуб мамонта
По внешнему виду не так-то просто понять, что это зуб, да еще и мамонта. Не каждый день видишь окаменелости, которым несколько тысяч лет. С этого экспоната начинается путь наших гостей в Геологический музей им. А.А. Штункенберга Казанского университета.
Шестое место: модель шлюпа «Восток»
Практически каждый, кто приходит в Музей истории готов выпить уменьшающего зелья, чтобы пуститься в странствия на этом корабле. Несмотря на свой масштаб 1:100, модель похожа на свой прототип досконально: от крохотных аварийных шлюпок, до заряженных пушек.
Пятое место: Стеклодувный столик А.Е. Арбузова
Столешница с краником, резиновые трубочки, чугунная ножка и педаль – все эти необычные составляющие вызывают вопросы у гостей музея. Мало кто знает, что Александр Ерминингельдович Арбузов самостоятельно выдувал из стекла химическую посуду, и даже написал пособие по созданию утвари для химиков.
Четвертое место: Студенческая форма
Своей популярностью форма студента обязана не только сюртуку из темно-зеленого сукна, но и шпаге. Шпага являлась обязательным атрибутом парадной одежды студентов Казанского Императорского университета по Уставу 1804 г.
Третье место: Напольные часы Grandfather-clock (часы Н.И. Лобачевского).
Все экскурсоводы музея надеются, что популярность этих часов вызвана отнюдь не тем, что их делал предок знаменитого писателя Дж. Р.Р. Толкина. Однако именно этот факт делает часы рубежа XVIII-XIX вв. столь интересными.
Второе место: Магнит Дюбуа.
Большой электромагнит занимает видное место в экспозиции. Он так полюбился посетителям, что про него начали слагать легенды: «На этом самом магните Евгений Константинович Завойский открыл явление электронного парамагнитного резонанса». Вынуждены опровергнуть эту привлекательную версию. Евгений Константинович работал с данным магнитом, но не использовал его в своей установке.
Первое место: Утвердительная грамота.
История 215-летнего Казанского университета началась с этого документа. Она открывает экспозицию и завершает топ-лист самых популярных экспонатов Музея истории Казанского университета.
А какие экспонаты нравятся вам? Напишите нам о самых любимых вами экспонатах музеев КФУ.
А в следующий раз расскажем о популярнейших экспонатах Музея Н.И. Лобачевского.
Музейный вторник онлайн.
«Музеи в вузах: организационная структура, кадровый состав»
Сегодня состоялся седьмой традиционный вебинар сотрудников университетских музеев по теме: «Музеи в вузах: организационная структура, кадровый состав». Эта тема довольно сложная для университетских музеев, музеи различны по размерам, объемам фондов, количеству сотрудников. Остро стоит вопрос о приеме на работу в вузовские музеи студентов старших курсов и предлагаемые должности.
Модератором вебинара выступила директор Музея истории Казанского университета С.А. Фролова. Она озвучила новость о начале проведения вебинаров членами Международной ассоциации университетских музеев, с которыми можно ознакомиться на сайте http://umac.icom.museum/umac-post-lockdown-series/. Затем представила коллег-участников.
Она отметила, что процесс реформирования системы высшего образования затронул и вузовские музеи. Первые музейные комплексы в вузах появились в 1998 г.: в С. Петербургском государственном электротехническом университете «ЛЭТИ» им. В.И. Ульянова (Ленина) и в Челябинском государственном педагогическом университете. В настоящее время создано около 20 таких музейных комплексов. Они включают, как правило, от 2 до 16 музеев и имеют разные названия.
Следующим взял слово директор Учебно-научного музея Дальневосточного федерального университета А.Н. Попов. ДВФУ – один из первых университетов, создавших музейный комплекс (1999), объединив не только организационную структуру, но собрав музеи по одной крышей (1500 кв. м., 600 000 ед. хран.). В музейный комплекс ДВФУ входит шесть музеев: Музей истории, Музей археологии и этнографии, Ботанический, Геолого-минералогический, Зоологический, Художественный. В 2017 г. Художественный музей ДВФУ стал победителем грантового конкурса Владимира Потанина. Всего в комплексе работают 41 человек. Александр Николаевич подчеркнул, что в музеях работают научные сотрудники, которые могут «заразить» своей экскурсией любого посетителя. Музей ведет большую научную деятельность, работает с туристическими фирмами, принимает посетителей на платной основе.
Заведующая отделом музейных коллекций и редких книг Библиотечно-музейного комплекса Тюменского государственного университета С.А. Алтухова рассказала о структуре Библиотечно-музейного комплекса. Он был создан всего два года назад. В него входят четыре отдела: Отдел формирования документального фонда, Отдел новых технологий и сервисов, Отдел музейных коллекций и редких книг, Отдел обслуживания. Отдел музейных коллекций и редких книг состоит из Фонда редких книг, Коллекции археологии и этнографии, Коллекции биоразнообразия Тюменской области. Музейные коллекции задействованы только в образовательном процессе. Они в настоящее время недоступны для посторонних посетителей из-за отсутствия музейных экспозиций. Тем не менее, большая работа по систематизации и учету музейных предметов в системе КАМИС позволяет сотрудникам Библиотечно-музейного комплекса создавать онлайн выставки.
Опытом создания музейного комплекса Томского политехнического университета поделилась директор комплекса Л.А. Лозовая. Он был создан в 2015 г. В него входят: Музей истории (1986), Минералогический музей (1901), Палеонтологический музей (1901), Мемориальный кабинет академиков В.А. Обручева и М.А. Усова (1999), Музей физики (2010). Всего в комплексе 10 штатных единиц, формального деления на отделы нет. Комплекс обладает единым фондохранилищем.
Директор Музея истории Казанского университета С.А. Фролова рассказала об организационной структуре музеев Казанского федерального университета. В 2016 г. в КФУ была попытка создать музейный комплекс, но она не была реализована до конца. Всего в КФУ восемь музеев. Геологический музей им А.А. Штукенберга, Зоологический музей и гербарий им. Э.А. Эверсмана, Археологический и Этнографический музеи входят в организационную структуру профильных институтов основных структурных подразделений КФУ. Музей истории Казанского университета является вспомогательным структурным подразделением. С 2017 г. в структуру Музея истории входит пять отделом, три из которых являются музеями: Музей Н.И. Лобачевского, Музей-лаборатория Е.К. Завойского, Музей Казанской химической школы и два отдела, осуществляющих хранение и учет и музейно-образовательную деятельность. В Музей истории принимаются студенты последнего года обучения на должности: специалист по учету музейных предметов, специалист по экспозиционно-выставочной деятельности и др. в соответствии с «Квалификационными характеристиками должностей работников культуры, искусства и кинематографии» https://legalacts.ru/doc/prikaz-minzdravsotsrazvitija-rf-ot-30032011-n-251n/. Отвечая на вопросы Л.В. Панкратовой об управлении музеями КФУ С.А. Фролова отметила, что в соответствии с приказом ректора, «Положением Музея истории Казанского университета», должностной инструкцией директор этого музея осуществляет координацию, контроль и общее руководство деятельностью всех музеев КФУ. Руководители музеев КФУ являются членами ученых советов институтов и Ученого совета КФУ.
В конце вебинара выступила начальник Управления музейной деятельности Томского государственного университета Л.В. Панкратова (до 1 июня 2020 г. директор Экскурсионно-просветительского Центра музеев ТГУ). Она рассказала об истории создания музеев ТГУ, организации Экскурсионно-просветительского Центра и культурно-просветительской деятельности по продвижению имиджа университета в регионе. Деятельность управления будет нацелена на реализацию двух основных направлений: представительская и учетно-фондовая. Каким образом, будет организовано данное управление, предстоит еще узнать, будем следить за новостями. Музеи ТГУ планируют активно участвовать в стратегических инициативах университета и развивать проектную деятельность по привлечению дополнительного финансирования.
В завершении вебинара С.А. Фролова поблагодарила докладчиков и участников вебинара, рассказала о проведении Всероссийского конкурса «Корпоративный музей – 2019», в котором могут принять участие ведомственные музеи http://raso.perm.ru/presscentre/news/18-03-2020/6257/.
Всего в вебинаре приняли участие 21 человек: сотрудники университетских музеев Казанского федерального университета, Дальневосточного федерального университета, Тюменского государственного университета, Томского политехнического университета, Томского государственного университета, Харьковского национального университета им. В.Н. Каразина, Пермского государственного университета, Музея архитектуры и дизайна Екатеринбурга, Алтайского государственного педагогического университета, Музея Нижегородского университета.
Следующая встреча состоится 9 июня. Она будет посвящена презентации новое проекта «Университеты объединяют коллекции».
Ждем вас на следующем вебинаре!
Когда мы говорим о войне, то вспоминаем участников Великой Отечественной войны, о многомиллионных жертвах, героях, об ожесточенных боях, о городах, которые были захвачены немцами. Были и другие города, куда не ступала нога врага, но здесь также ковалась Победа. Эти города обеспечивали надежный тыл. Среди них – Казань. Сюда в годы войны были эвакуированы институты Академия наук СССР, это 33 учреждения и почти 2000 тысячи научных сотрудников различных институтов, которые работали над созданием новых более совершенных средств нападения и защиты, разрабатывали новые виды боеприпасов, топлива, новые образцы автоматического оружия и т.д.
Одним, из основоположников самолетостроения был чл.- корреспондент АН СССР Николай Гурьевич Четаев, руководитель отдела общей механики Института механики АН СССР, доктор механико-математических наук, профессор Казанского университета, создавший аэродинамическое отделение, на базе которого в начале 1932 г. был основан Казанский авиационный институт. Николай Гурьевич занимался принципиальными и сложными вопросами теории устойчивости движения, аналитической динамики, математической физики, теории дифференциальных уравнений. Открытия советских ученых в области аэродинамики, автоматики и механики без которых невозможно самолетостроение, определили высокий уровень развития авиационной науки в годы войны. На казанских авиационных заводах были созданы превосходные истребители А.С. Яковлева и С.А. Лавочкина, бомбардировщики А.Н. Туполева, Н.Н. Поликарпова и В.М. Петлякова. Только один Казанский авиационный завод им. С.П. Горбунова в годы Великой Отечественной войны для фронта выпускал пикирующие бомбардировщики Пе-2 и дальние бомбардировщики Пе-8. Каждые сутки завод отправлял на фронт по 10-12 боевых самолетов Пе-2. За годы войны их было выпущено более 10 тысяч. Пе-2 стал основным бомбардировщиком отечественных Военно-воздушных сил.
Ученые, работавшие в Казани, своевременно решали важные проблемы аэродинамики, которые позволили авиаконструкторам значительно увеличить скорость самолетов. Работы академика С.А. Христианович имели большое значение для решения проблем прочности самолета, позволяли точно учитывать влияние сжимаемости воздуха при обтекании самолета при переходе к полету на больших скоростях и этим помогли выбрать наилучшую форму крыла, обеспечивавшую наименьшее лобовое сопротивление. Для развития скоростной авиации большое значение имели исследования академика Н.Е. Кочина. Он впервые дал практическое решение задач «теории круглого крыла», что позволило рассчитывать силы, действующие на крыло и обтекающие его потоки. Член-корреспондент АН СССР Н.Г. Четаев нашел критерий, позволяющий определить наличие и отсутствие критических скоростей, дал в руки авиаконструкторов метод расчета устойчивости самолета при движении его по земле. Научно-исследовательские испытания с научными целями в аэродинамической трубе, созданной Н.Г. Четаевым, начали проводиться еще в 1937 году. Это была лучшая в то время аэродинамическая труба. Она позволяла проводить испытания моделей в условиях, аналогичных естественному полету. Работы, выполняемые в лаборатории во время Великой Отечественной войны, имели огромное оборонное значение. В годы войны она была единственной лабораторией в СССР, где проводились необходимые испытания и эксперименты в области самолетостроения. По заданию Главного артиллерийского управления Николаем Гурьевичем были выполнены сложнейшие математические работы. Так он решил математическую задачу по определению крутизны нарезки стволов орудий, чтобы наилучшим образом обеспечить кучность боя, непереворачиваемость снарядов при полете, а также впервые решил задачу об устойчивости движения снаряда с полостями, полностью заполненными жидкостью.
Крупнейший ученый, Н.Г. Четаев был человеком чутким, отзывчивым и доброжелательным к людям. В нем глубоко были развиты чувство чести и внутреннего достоинства и исключительная скромность. Он был горячим патриотом, страстно любившим нашу Родину.
Деятельность Н.Г. Четаева была высоко оценена правительством. В 1940 г. ему было присвоено звание «Заслуженный деятель науки Татарской АССР»; в 1943 г. избран чл.-корреспондентом Академии наук СССР; в 1945 г. награжден орденом Трудового Красного Знамени; в 1953 г. – орденом Ленина. В 1960 г. за цикл работ по аналитической механике и теории устойчивости движения Н.Г. Четаев посмертно удостоен Ленинской премии.
В Казани одна из улиц нашего города носит имя этого выдающегося ученого.
Классические работы Н.Г. Четаева навсегда вошли в сокровищницу науки и будут служить богатым источником новых мыслей для последующих поколений ученых.
50 тысяч человек, много это или мало? Всё население Казани в первой половине XIX в. не превышало этого числа. И примерно столько на сегодняшний день студентов обучается в Казанском федеральном университете. А сколько всего студентов на протяжении всей истории университета могут назвать его Alma mater? Ответить сложно. Однако каждый выпускник помимо светлой памяти об университете имеет также письменное свидетельство о его окончании. И как сменялись поколения студентов, так вместе с ними видоизменялись дипломы. Сегодня, в самом конце очередного учебного года, когда многие наши старшекурсники находятся в двух шагах от степени специалистов, бакалавров и магистров, мы взглянем на заветные дипломы в прошлом. Какими же они были, чего стоило их получить и что сулили они своим обладателям.
XIX в. для Российской империи это век университетов, и если одни были включены в отечественную систему образования извне, имея солидную историю, другие только учреждались. Последних, конечно, было большинство, это Харьковский, Виленский, Варшавский, Санкт-Петербургский, Томский, университеты в Киеве и Саратове. В самом начале века в 1804 г. был учрежден и Императорский Казанский университет. Здесь в период 1804-1819 гг. выпускники получали дипломы следующих степеней: кандидата, магистра и доктора. К 1819 г. добавилась четвёртая (низшая) учёная степень — «действительный студент», т.е. лицо, окончившее университет без отличия. Это звание в скором времени перестало расцениваться как ученая степень, означало лишь факт успешного прохождения полного учебного курса в университете. Не редкость чтобы талантливый студент держал экзамен сразу на магистра, минуя кандидата. Например И.М. Симонов (1794-1855), известный русский астроном, один из первооткрывателей Антарктиды, ректор Казанского университета, получил по окончанию университета в 1812 г. сразу диплом магистра.
Условия, принципы и процессуальную специфику присвоения той или иной ученой степени или звания регламентировали «Положения об испытаниях на звание действительного студента и на учёные степени». Данное положение регулярно дополнялось, видоизменялось, согласно требованиям времени. Со временем же менялся и статус даруемый дипломом в сословном обществе Российской империи.
Стоит признать, что высшее образование в XIX в. становилось хотя и не массовым, но действенным социальным лифтом. Во всех дипломах фигурирует формулировка об утверждении в степени «съ присвоенiемъ ему всех правъ и преимуществъ» оной со ссылкой на действующий университетский устав и упомянутое положение. Так всесословный характер университетского образования Александровской эпохи привлек многих прежде невысокородных талантливых личностей, позволив им выбиться в высшие слои общества. Что же давал диплом той или иной ученой степени на заре отечественного высшего образования? Согласно табелю о рангах до 1845 г. личное дворянство имел возможность получить достигший на государственной службе низшего XIV ранга. Ученые степени же соотносились с рангами в начале века следующим образом – поступивший на государственную службу кандидат получал чин XII класса, магистр – IX класса, доктор – VIII класса.
Н.И. Лобачевский с орденом Св. Анны II степени
Таким образом, диплом любой ученой степени позволял бывшему студенту на государственной службе рассчитывать на личное дворянство, а степень доктора позволяла получить и потомственное. На деле же выходило всё не так гладко. Для примера всем известный Н.И. Лобачевский (1792-1856), пройдя в 1811 г. испытания лишь на магистра, будучи уже университетским профессором дослужился до чина VII класса, однако, потомственное дворянство получил лишь после пожалования ему императором ордена Святой Анны II степени и чина IV класса.
Между тем личное дворянство имело немалые социальные бонусы: к дворянину не могли применить телесные наказания, он был свободен от подушной подати и рекрутской повинности. О последнем, наверное, мечтает не один молодой человек, заканчивающий сегодня университет. Я же напомню, что рекрут тогда служил не современные 1-2 года, а несколько десятков лет. С другой стороны, военная служба сулила и большие преференции в отличие от гражданской, к коей в большей степени относится деятельность ученых.
Однако, такое положение дел просуществовало недолго. Хотя государство и нуждалось в квалифицированных кадрах, но оно также не желало размывать сословные границы, в особенности дворянского сословия. Уже с 1845 г. личное дворянство стало соответствовать чину IX класса. А по уставу 1884 г. диплом на звание «действительного студента» и на степень кандидата были, во-первых, переименованы в «университетские дипломы» I и II степеней, во-вторых, они стали соответствовать чинам X и XII классов, что является, конечно, некоторым понижением. Университетский диплом теперь давал возможность быть включенным лишь в новоучрежденное сословие почетных граждан, имевшем, в том числе, уже перечисленные преимущества. Почетное личное гражданство мог получить человек имеющий диплом на звание действительного студента, либо на степень кандидата. На наследственное же почетное гражданство мог претендовать лишь обладатель диплома магистра или доктора.
Вы должно быть задаетесь вопросом каким же образом отличались способы получения того или иного диплома, учитывая немалую разницу даруемым им преференций. А разница и вправду имелась. Так степень кандидата присваивалась только по результатам экзамена – письменного и устного – по предметам, принадлежащим к факультету, и особенно по «главной науке, в которой студент упражнялся». Тем самым она стала обозначать просто выпускника, сдавшего экзамены по предметам своего факультета, и лишь позднее, в начале 1830-х гг., появились требования представлять «кандидатские сочинения».
Диплом лекаря с отличием В.А. Вишневского, 1899 г.
Если мы взглянем на диплом 1899 г., Вишневского А.В., известнейшего врача-хирурга, создателя одноименной мази и метода местного обезболивания «новокаиновой блокады», то возникнет сразу несколько вопросов, которые стоит пояснить. Во-первых, необычная ученая степень присваиваемая выпускнику Казанского университета – лекарь. В 1803-1838 гг. медикам присваивались учёные степени «лекарь», «магистр» и «доктор», позднее замененные на «лекарь», «доктор медицины», «доктор медицины и хирургии». Таким образом, диплом «лекаря» наиболее приближен к научной степени кандидата или диплому I, II степеней. Тот же вывод можно сделать из характера испытаний, проходимых А.В. Вишневским, это исключительно экзамены.
Однако обратите внимание на количество экзаменов, сложно представить каким образом студент сдал все испытания в «сентябре октябре месяцах». Зачастую студент мог растягивать сдачу экзаменов на несколько месяцев, а то и на год, и даже сдавать экзамены не в своем университете. Но учитывая высокие оценки можно предположить, что Александр Васильевич был усердным студентом и ему не составило труда сдать всё сразу.
Оценки, кстати, заслуживают отдельного внимания. Вы не встретите здесь привычного нам «отлично», вместо этого лишь «весьма удовлетворительно». На первый взгляд несведущему человеку может показаться, что оценка посредственная, однако, на экзаменах в императорских университетах это была высшая оценка. А полная шкала выглядела следующим образом: неудовлетворительно, удовлетворительно, весьма удовлетворительно. Получившим как минимум половину «весьма» и сдавшим необязательную письменную работу выдавали диплом I степени, в данном случае это диплом «лекаря с отличием».
Диплом II степени Б.В. Болгарского, 1917 г.
Если же мы обратимся к диплому 1917 г. Б.В. Болгарского (1892-1980), видного советского педагога математики, историка математического образования, то отметим некоторые отличия. Во-первых, перед нами диплом II степени. Во-вторых, появились некие полукурсовые испытания. Вводить их стали на рубеже XIX-XX вв., когда было решено, что студенты как-то слишком разболтались. Но не заблуждайтесь, речь не идет об экзаменах аналогичным современной зимней сессии, лишь о промежуточном испытании в середине всего курса обучения, т.е. разово в конце второго года. Хотя некоторое сходство с современностью всё же прослеживается. Так сдача массы экзаменов растягивалась до месяца, студенты проводили специальные жеребьевки, чтобы распределить себя по дням. Полукурсовые экзамены нужно было сдавать не реже, чем раз в восемь полугодий. То есть, если ты не прошел программу двух курсов за четыре года, тебя выгоняли. У несдавшего экзамен было право на две переэкзаменовки. Напомним, что с переэкзаменовкой надо было уложиться не к концу отдельной сессии, а в четырехлетний период. Удивительно, но и при такой мягкости университеты не оканчивало чуть более трети поступивших.
В остальном студенческие дипломы 1899 г. и 1917 г. схожи, даже визуально в достаточно скудном оформлении. Если же их сравнить с дипломом на степень доктора математики и астрономии 1952 г. М.В. Ковальского (1821-1884), профессора Казанского университета, директора университетской обсерватории, одного из основателей Русского астрономического общества, то в глаза бросается изысканность последнего. Сложный, витиеватый узор обрамляет диплом по периметру, в центре массивная текстурная печать, даже подпись ректора выделяется золотыми чернилами. Отличия присутствуют и в содержании, здесь уже нет формальных оценок. Для дипломов магистерской и докторской степеней процедура получения была следующая: вначале публичный экзамен в присутствии профессоров факультета, потом чтение на факультете публичных лекций и защита диссертации, в данном случае это «Теория движения Нептуна». Различия между магистром и доктором выражались лишь в количестве вопросов на экзамене и количестве публичных лекций, к тому же рекомендовалось всё же получать ученые степени последовательно. Так Мариан Войтехович на момент защиты уже имел степень магистра. Эту же степень необходимо было получить для начала преподавательской деятельности в университете, т.е. для вступления в должность адъюнкта.
Диплом доктора математики и астрономии М.В. Ковальского, 1852 г.
Хотя формально всей этой системе, сложному социокультурному контексту, в который был вписан диплом о высшем образовании, всем тонкостям иерархий, которые стояли за утверждением в ученой степени, пришел конец в 1918 г. с выпуском декрета СНК «О некоторых изменениях в составе и устройстве государственных ученых и высших учебных заведений Российской республики». Для нас, очевидно, прослеживается немало параллелей между имперской системой высшего образования и современной, многое узнаваемо и понятно, отдельные элементы перекочевали практически без изменений. В конце концов, студент он во все времена студент, а университеты с трудом отказываются от выработанных годами привычек. В следующей статье мы постараемся обратиться к эволюции диплома в Казанском государственном университете им. В.И. Ульянова-Ленина, выясним, что изменилось в этот период, что было привнесено нового, а что оставалось всегда неизменным. А пока до скорой встречи, не болейте, удачных экзаменов.
В XIX в. организация трудового и свободного времени университетских профессоров и преподавателей регулировались уставом университета. Например, по уставу 1884 г. свободное время складывалось из выходных дней (52-х воскресений), летних отпусков в размере 29 дней, дополнительных восьми дней, которые преподаватели могли взять в удобное время, и праздников (32-х церковных и государственных). «Неприсутственными днями» в университете являлись дни православных торжеств, дни рождения, именины членов императорской фамилии и восшествия на престол императора. Но особенность профессии ученых была со своей спецификой и в служебную нагрузку входила только преподавательская деятельность. Научные исследования проводились профессорами в свободное время, и это выделяло университетских сотрудников от простых граждан.
В праздничные и выходные дни профессора и ученые любили ходить в гости и принимать гостей у себя. У Николая Ивановича Лобачевского собирались по средами не только профессора университета, но и художники, путешественники и даже студенты. Во многих семьях профессоров и преподавателей университета, как и у Николая Ивановича, организовывались домашние музыкальные и литературные вечера, спектакли и танцы.
Здание дворянского собрания
Семейными праздниками традиционно являлись дни рождения, именины, крещение. Профессора православного вероисповедания, даже не отличавшиеся особой религиозностью, большими праздниками считали Рождество и Пасху. Но вот городские праздничные мероприятия, организованные клубами города, по-видимому, преподаватели посещали редко. К примеру, среди посетителей балов Дворянского собрания в источниках упоминается только профессор Дмитрий Александрович Корсаков.
В профессорской среде также было принято обязательно поздравлять коллег и наносить им визиты, посещать университетскую Крестовоздвиженскую церковь. В университетской среде существовали и свои корпоративные формы проведения досуга. Профессора организовывали и посещали корпоративные праздники — ежегодные торжества в честь открытия Казанского университета, а также благотворительные балы в пользу нуждающихся.
Другим излюбленным видом проведения свободного времени были прогулки в Державинском и Лядском садах, Русской Швейцарии и на Арском поле. Прогулки считались признанным способом укрепления здоровья. Об их пользе часто писали местные газеты. Пропагандируя входившие в моду занятия спортом, «Казанские губернские ведомости» сообщали: «личности, убедившись … в значении телодвижения, стали стремиться к развитию вкуса к пешеходным прогулкам в окружающей среде». Регулярно ходили пешком профессора Николай Фёдорович Катанов, Василий Алексеевич Богородицкий.
Посещение театра также было одним из популярных способов досуга. Театр в XIX в. в Казани был ведущим способом развлечения, а среди профессоров было много театралов. Профессора и их семьи обычно посещали старейший Городской театр, расположенный на Театральной площади. Помимо самого театра, многие профессора любили и оперу. Александр Михайлович Бутлеров и Николай Павлович Загоскин были частыми посетителями оперы и очень её любили.
Здание театра
Увлечения профессоров университета часто перестали из хобби в общественную деятельность. Профессора зачастую становились организаторами и активными участниками общественных организаций, тем самым способствуя развитию общественных форм досуга. Так, уже упомянутый Александр Михайлович Бутлеров, увлекшись пчеловодством, стал освещать и популяризировать его. Николай Васильевич Сорокин, увлекшись фотографией, основал в Казани «Общество фотолюбителей», а также стал автором первой русской книги по аквариумистике, которая позволила каждому сооружать аквариум для личного использования.
Летом профессора любили проводить свой отдых за городом. В своих имениях они занимались наукой, расслаблялись и проводили время в тишине и покое.
Николай Иванович Лобачевский, по воспоминаниям профессора зоологии Николая Петровича Вагнера, был образцовым хозяином. Семья Лобачевского ездила за город, часто в сопровождении нескольких студентов. Порядок дня Лобачевского, по воспоминаниям его сына Николая Николаевича, был четким и строгим. В 5 утра он вставал и шел работать в сад до 8. Затем к 8 приходил пить чай и до 12 занимался наукой. В 12 Николай Иванович снова отправлялся в сад к колодцу, чтобы принять ванну из холодной ключевой воды. После Николай Иванович возвращался, пил кофе и продолжал работать. Вечером отдыхал 2-3 часа, а затем остаток дня посвящал «гулянию и хождению» для поддержки физической формы. Как вспоминают дети Лобачевского Варвара и Николай, в великолепном саду их отец сам сажал деревья и кусты, расчищал дорожки и превратил овраги и пустыри в цветущие и красивые места с искусственным орошением.
Сохранились свидетельства о распорядке дня на даче Владимира Михайловича Бехтерева. С восьми утра он писал на открытом балконе, куда ему подавали чай. Днем иногда катался на лодке, перед обедом работал в саду или катался на велосипеде. После обеда профессор отдыхал, затем пил чай и снова садился за свои труды, часто до поздней ночи.
Профессора, не имевшие собственного имения за городом, как правило, арендовали дачу на лето. В 1880-1890-е гг. за 80 рублей на три летних месяца можно было снять дачный дом из пяти комнат с садом. В этот же период времени годовой оклад профессора был от 2000 до 3000 рублей, и для них это был довольно недорогой вид отдыха.
Конечно, многие увлечения профессоров были связаны с наукой. Они не только пересекались с их специализацией, но и выходили за её рамки. Николай Иванович Лобачевский увлекался астрономией, Александр Михайлович Бутлеров пчеловодством, коллекционированием бабочек и охотой. Страстным коллекционером был и Карл Федорович Фукс. Дом Фукса напоминал музей, где, по свидетельству современника, все комнаты «уставлены были шкафами и сундуками, в которых тщательно сохранялось это богатство, приобретение чего-либо нового для собрания приводило Фукса в полный восторг и на обогащение своего музея он не щадил средств и затрачивал значительные суммы, выписывая разные предметы даже из-за границы».
Профессора и преподаватели Казанского университета любили отдыхать, как и все люди. Но в виду специфики их работы и профессии, отдых в свободное время для них часто был продолжением профессиональной деятельности. Тем не менее, у них были свои увлечения, хобби и любимые занятия, которые делали их отдых не только полезным и насыщенным, но и особенным и уникальным.
Развитие промыслов в Казанском крае уже к началу XVIII в. шагнуло далеко вперед, по сравнению с другими регионами Российской Империи, что привело к организации предприятий, заводов, фабрик, мануфактур в различных отраслях промышленности и развитию технологий. В 1812 г. в Казанской губернии насчитывалось свыше 140 промышленных заведений, где трудилось около 4,8 тыс. человек.
Казань, в отличие от других городов, располагалась в очень выгодном месте, ибо стояла на торговом пути. В период XVIII-XIX вв. начался бурный расцвет городских ремесел, среди которых было кожевенное производство, особенно распространённое среди казанских татар. Источники сообщали, что в 1777 г. в Казани было 39 кожевенных предприятий. Кожевенное производство – традиционный промысел среди казанских татар использовался для производства кожаной обуви, но не только, обработка кожи производилась, также, и в русской части города. Благодаря тому, что Казань являлась ведущим поставщиком по изготовлению кож, в 1718 г. по указу Петра I был основан Пумповый завод в Суконной слободе при суконной фабрике.
Производство кожаной обуви
Пумповый завод – кожевенное предприятие по производству насосов для откачки воды из судов. При организации завода был приглашён английский мастер с обязательством обучать кожевенному делу местных учеников. Завод производил пумповую кожу, из которой изготавливали пумпы – насосы для откачки воды. Пумповый завод ежегодно выделывал от 300 до 400 кож.
Основной продукцией в XVIII-XIX вв. были мягкая кожа (сафьян, юфть, опойки, выростковые кожи, сапожный товар) и твердая (подошвенная и сыромятная). Производство кожи в течение двух веков оставалось полуручным, дубление кожи осуществлялось в мелких чанах с использованием традиционных растительных материалов (коры, специального киселя из злаков), золы. Процесс выделки кожи длился от 100 до 180 суток, был очень вредным, для самих работников, так и для окружающей среды.
Сгонка волоса и мездрение (снятие подкожной клетчатки) кож на деревянных колодах («кобылах») рабочими-строгалями.
Так, при производстве юфти для придания ей мягкости, пластичности, водостойкости и устойчивости к многократным изгибам применялись значительные разделения структурных элементов кожи путём длительного золения и обильного жирования (содержание жира в юфти до 25 % от массы кожи). Главной особенностью традиционной юфти являлось использование для жирования смеси берёзового дёгтя и тюленьей ворвани (жидкий жир, добываемый из сала морских млекопитающих китов, тюленей, белух, моржей, дельфинов), придававших ей характерный запах, весьма ценившийся потребителями в Западной Европе. Разновидность юфти жёлто-коричневатого цвета выделывалась без использования дёгтя, именно такую окрашивали затем сандалом. Вместо дёгтя также применялись квасцы и опять же ворвань. Юфть отделывали с лицевой поверхности или по бахтарме (обратная сторона кожи), применяя шлифование и покрывное крашение (традиционно использовался сандал для красного цвета и галловые чернила или соли железа для чёрной обувной юфти). Отделка с лицевой стороны могла сопровождаться нанесением искусственного узора – мереи.
За период с 1720-1784 гг. на Пумповом заводе было произведено 31,5 тыс. пумповых кож. Кожи Пумпового завода поставлялись в Казанское адмиралтейство, Санкт-Петербург, Астрахань, Архангельск, но к началу XIX в. по словам М.Н. Пинегина производство «стало разваливаться». Казань к XIX в. сильно расширилась, территория вокруг завода была тесно застроена деревянными домами, что приводило к частым пожарам, поэтому в 1812 г. Пумповый завод был перенесен в Адмиралтейскую слободу на берега реки Казанки между Зилантовым монастырем и адмиралтейством. Для завода было построено 10 деревянных зданий, а для выделки юфти возвели отдельные здания.
После закрытия адмиралтейства в 1829 г. Пумповый завод был продан частным лицам. По свидетельству Загоскина в 1870-х гг. «…полуразвалившиеся деревянные строения его можно было видеть между Зилантовой горой и весенними пристанями», но само производство и выделка кожи не угасло и используется для получения традиционной национальной обуви.
Кожевенная промышленность не остановилась в своём развитии и к концу XIX века, например, на Казанском предприятии бр. Алафузовых стали применяться новые механические методы дубления кож, завезено новое оборудование и впервые установлены электродвигатели для производства кожно-раскройных работ.
Строительство завода «Искож»
В 30-е годы ХХ века во время всеобщей индустриализации страны в Казани, как в одном из крупных центров промышленности, появляются новые технологии, одной из которых стало производство искусственных кож. Производство натуральных кож уже не удовлетворяло потребностям промышленности, поэтому было принято решение в 1933 году основать в Казани фабрику «Кожсуррогат» — уникальную для страны. Она стала четвертым в мире предприятием, специализирующимся на выпуске обувных и технических картонов, синтетических плеточных материалов. В мае 1938 года завод, переименованный в «Искож», был введен в эксплуатацию и впервые в СССР начал серийное производство заменителя натуральной кожи – стелечного картона С-1. Так, природные материалы постепенно заменялись на синтетические.
Особое влияние в развитии и становлении химической промышленности оказали выпускники Казанского университета. В 1939 году, в декабре месяце на 1-м пленарном заседании и открытии конференции А.Е. Арбузов произнес речь «Казанская школа химиков», подчеркнув:
«Питомцы Казанской химической школы рассеяны по всему обширному пространству нашей родины; их многие десятки, их сотни. Они работают в высших учебных заведениях, научно-исследовательских институтах, в заводских лабораториях, на фабриках и заводах. И если бы мы воспроизвели детальную карту распространения Казанской химической школы, то весь наш Союз был бы опутан сеткой, нити которой, сложно переплетаясь, концентрировались бы в маленькой скромной химической лаборатории Казанского университета».
Музейный вторник онлайн
«Выставки большие и малые»
Современные технологии предоставляют возможность организовывать музеям выставки в различных форматах даже в условиях дистанционной работы. Тем не менее, музейные сотрудники уже с нетерпением ждут выхода на работу, организации запланированных оффлайн выставок, шумных открытий и первых посетителей. Поэтому тема очередного вебинара с участием сотрудников университетских музеев «Выставки малые и большие».
Модератором вебинара выступила директор Музея истории Казанского университета С.А. Фролова. Она представила коллег и передала первое слово директору Музея истории Пермского университета М.В. Ромашовой.
Музей истории Пермского государственного университета – самостоятельное подразделение университета. Выставки организовываются сотрудниками, с привлечением волонтеров, исследователей, дизайнеров, художников, финансируются за счет грантов и привлечения внешних средств. Основные темы: люди, юбилеи, годовщины, Египтомания и др. Основные инструменты: современное искусство, дизайн, уличное искусство, арт-объекты, малая скульптура. Выставочные площади у музея небольшие, поэтому он старается задействовать максимальное пространство: коридоры, основную экспозицию музея, двор университета. В 2016 г. музей выиграл грант Владимира Потанина «Campus Martius, или как стать гражданином Пермского университета» на переоборудование экспозиционного пространства. Один из дальнейших выставочных проектов Музея истории – участие в выставке Государственного Пушкинского музея с египетскими коллекциями.
Заведующая Музеем истории Харьковского национального университета им. В.Н. Каразина В.Ю. Иващенко рассказала о принципах, которыми руководствуются музей при организации выставок: тематическое разнообразие выставок, сотрудничество с другими музеями, архивами и т.д., оригинальное визуальное решение, сотрудничество «творческих групп» во главе с куратором (сотрудничество со специализированными отделами университета), поиск средств (возможностей) через университетские структуры, открытие выставки как «университетского события» и связанная с ними рекламная компания. В год музей проводит около семи выставок на различные тематики. Например: биографистика, визуальная история, история повседневности и гендерная история, культурная история, история вещей, выставки частных лиц. Музей часто участвует в городских выставочных мероприятиях. Следующей слово взяла коллега В.Ю. Иващенко Виктория Пивень. Она рассказала о создании виртуальных выставок на различных платформах таких как PowerPoint, Prezi, Chronozoom, Calameo test pad.
Заведующая отделом музейных коллекций и редких книг Библиотечно-музейного комплекса Тюменского государственного университета С.А. Алтухова поделилась опытом создания онлайн выставок в системе КАМИС. Коллекции музея делится на три категории: археология и этнография, биоразнообразие, история университета. Коллекции не доступны для широкого обзора, поэтому музей активно использует информационную систему.
Сейчас на сайте представлена выставка «Посуда древних эпох», которую можно посмотреть по ссылке: https://museum.utmn.ru/entity/OBJECT/280?exhibition=3...
Директор Музея истории Казанского университета С.А. Фролова рассказала о выставочных проектах Музея истории Казанского университета. Ежегодно Музей истории Казанского университета проводит около 20 выставок, посвященных различным персоналиям, тематические, а также естественнонаучные выставки. Музей обладает тремя выставочными площадками: экспозиционный зал музея, предактовый зал, выставочный зал в Музее Н.И. Лобачевского.
С момента открытия Музея Н.И. Лобачевского в 2017 г. у музеев КФУ появилась уникальная возможность проводить выставочные проекты в зале, оборудованном современной подвесной системой и системой освещения, сигнализацией и видеокамерами. В выставочном зале музея экспонируются не только предметы музеев КФУ, но и коллекции других музеев Татарстана, частных собраний, институтов г. Казани.
Крупными выставочными проектами музея стали:
«Наше общество ученое братство»,
«Что внутри метеорита?»,
«Археолог»,
«Баранов В.И.: к истине и вдохновению сквозь века и расстояния».
Одна из последних – выставка «Первый русский астроном», посвященная 225-летию со дня рождения И.М. Симонова. В ней принимали участие музеи КФУ, Государственный исторический музей, Государственный Русский музей, Научная библиотека им. Н.И. Лобачевского.
В этом году молодые сотрудники музея получили уникальную возможность побывать в роли кураторов выставки. Хранителем музейных предметов Музея истории Казанского университета И.М. Ротовым, совместно с коллегами была организована выставка «Ветераны», посвященная выводу войск из Афганистана. На выставке были представлены личные вещи, воспоминания сотрудников Казанского федерального университета, служивших в Афганистане, Чечне, ликвидаторов Чернобыльской АЭС.
В заключении С.А. Фролова поблагодарила докладчиков, участников вебинара. «Подобный обмен опытом очень важен для сотрудников вузовских музеев, не только в силу специфики нынешней ситуации. Мы подробнее знакомимся с коллекциями других университетов, формами работы, нововведениями, что позволяет улучшить работу собственного музея,» — констатировала модератор.
Всего в вебинаре приняли участие 19 человек: сотрудники университетских музеев Казанского федерального университета, Тюменского государственного университета, Харьковского национального университета им. В.Н. Каразина, Пермского государственного университета, Музея архитектуры и дизайна Екатеринбурга, Уральского федерального университета.
Следующая встреча состоится 2 июня. Она будет посвящена организационной структуре университетских музеев, специфике подбора кадров, месту музея в структуре университета.
Ждем вас на следующем вебинаре!
Как будущие великие ученые защищали родное Отечество? О чем они мечтали на фронтах войны? Как выбирали научное направление? Ответим на эти вопросы на примере жизни и творчества выдающегося лингвиста, профессора филологического факультета СПбГУ Юрия Владимировича Откупщикова.
Окончив в июне 1941 г. 9-й класс средней школы № 8 в г. Казани, будущий студент Казанского университета Юрий Владимирович Откупщиков начинал свою трудовую деятельность в качестве тракториста и сельскохозяйственного рабочего на полях Татарии. В ноябре и декабре 1941 г. он вместе со своим классом находился «на окопах» – на строительстве противотанковых рвов по правому берегу Волги к югу от Казани. В 10-м классе учиться пришлось только четыре месяца – с февраля по май. Одновременно с учебой (в 3-ю смену) Ю.В. Откупщиков работал столяром на мебельной фабрике, где вместе с тремя одноклассниками изготовлял ящики для мин. Уже в тот момент у него сложилась уверенность, что он уйдет добровольцем на фронт. Так и случилось. В сентябре того же он года он скрыл от врачей травму ноги, полученную еще в детском возрасте, и ушел на фронт. Его письма матери с фронта хранятся в сейчас музее истории Казанского университета. Сын каждый раз подбадривал ее: «Мама, прошу тебя – не падай духом. Кончим войну,… – заживем на славу!»
Сражаясь в рядах морской пехоты Краснознаменного Балтийского флота, Юрий Владимирович оборонял блокированный фашистами Ленинград. В составе десантной бригады освобождал Петергоф, прошел до конца всю Великую Отечественную войну, закончив ее 8 мая 1945 г. под Лиепаей. Он был награжден орденом Отечественной войны II степени, медалями «За оборону Ленинграда», «За победу над Германией в 1941– 1945 гг.», медалью ордена «За заслуги перед Отечеством» II степени, «За доблестный труд в ознаменование 100-летия со дня рождения В. И. Ленина» и другими юбилейными медалями. Как же сложилась его жизнь в послевоенные годы?
Осенью первого послевоенного года Ю.В. Откупщиков, вопреки ожиданиям школьных учителей, отмечавших у юноши блестящие математические способности, стал студентом отделения русской истории Казанского университета. Свою научную работу он начал еще в студенческие годы. Будучи студентом I курса, он за свое исследование «Варяги и образование Киевского государства» получил II Университетскую премию на конкурсе, на которой было представлено около 80 студенческих работ (в основном – дипломных сочинений) со всех факультетов Казанского университета. На первых трех курсах будущий профессор параллельно с отделением классической филологии сдавал экзамены на отделении русской истории. Работал в составе четырех археологических экспедиций, был научным сотрудником Государственного музея в г. Казани и преподавателем латинского языка в средней школе. Затем поступил в аспирантуру кафедры классической филологии Ленинградского университета. В июне 1953 года Юрий Владимирович защитил кандидатскую диссертацию и начал преподавать на филологическом факультете ЛГУ, был специалистом в области этимологического анализа, индоевропеистики, балтийских, славянских и классических языков.
В 1967 году Ю.В. Откупщиков получил степень доктора наук за диссертацию по монографии «Из истории индоевропейского словообразования». Позже ученый более 50 лет преподавал в стенах филологического факультета СПбГУ и впоследствии стал профессором университета. Деятельности Юрия Владимировича посвящены статьи к его 60 и к 75-летию со дня рождения. А многие научные положения, сформулированные им, давно и безоговорочно приняты наукой. Некоторые из них вызывают горячие дискуссии среди ученых, что играет важную роль в развитии и сохранении его научного наследия.
В Казани на 96 году жизни скончалась Писарева Стелла Владимировна – основатель Музея истории Казанского университета, заслуженный работник Казанского университета, заслуженный работник культуры Республики Татарстан.
Стелла Владимировна родилась 28 февраля 1925 года на Украине. В Казань попала в эвакуацию в 1941 году. В 1942 году стала студенткой историко-филологического факультета Казанского государственного университета им. В.И. Ульянова-Ленина. После окончания университета работала в музее Горького, в Государственном (ныне Национальном) музее Республики Татарстан. В Казанском университете Стелла Владимировна проработала почти 40 лет с 1978 по 2017 год.
Под ее руководством в 1979 г.была создана экспозиция Музея истории Казанского университета, собрана уникальная коллекция, насчитывающая около 30 тыс. экспонатов.
Награждена Почетной грамотой Союза музеев России «за большой вклад в развитие музейного дела». В 2005 году Стелла Владимировна стала победителем республиканского конкурса «Женщина года. Мужчина года: женский взгляд» в номинации «Женщина – культура и духовность».
Коллектив Казанского федерального университета выражает глубокие и искренние соболезнования родным и близким Стеллы Владимировны Писаревой.
У коллектива Музея истории Казанского университета родилась идея делиться с вами легендами, мифами и сказками о Казанском университете и Казани.
Теперь вы сможете найти публикации по этой тематике под хештегом #сказкикотамурлыки.Почему кот? Потому что у Казанского университета был свой сказочник – профессор зоологии, член-корреспондент Императорской Санкт-Петербургской академии наук Николай Петрович Вагнер, который под псевдонимом кот Мурлыка публиковал свои сказки.
Художественные произведения Н.П. Вагнера, как и его научные труды, печатались в различных журналах и имели большой успех! Они были проникнуты стремлением направить ум и чувство маленького читателя к подвигу и добру. Однако, современники считали, что эти сказки написаны скорее для взрослых, чем для детей.
Сам Николай Петрович считал, что он сказочник не хуже самого Ганса Христиана Андерсена.
И сегодня вы можете сами оценить его труд и получше познакомится с котом Мурлыкой. Вашему вниманию представляется фрагмент из предисловия к первому изданию сказок:
«Издавая сказки Кота-Мурлыки, необходимо сказать хоть несколько слов об их авторе.
Это был старый и весьма почтенный Кот, но, к сожалению, полный всяких противоречий. Он был стар и постоянно напевал одну и ту же песню:
Nicht Alles was Alles ist gut!..*
*фраза не имеет смыслового перевода ( прим. автора заметки)
Таким образом, он никак не мог сделаться ни антикварием, ни архивариусом, хотя бы в каком-нибудь комиссариатском архиве и существовали самые жирные крысы.
Он был, бесспорно, почтенный Кот, но всегда вооружался против всякого почтенья, называя его китайской церемонией.
Он любил науку и терпеть не мог ученых. Любил искусство и ненавидел искусников: в особенности таких, которые всю свою жизнь пели фальшивые ноты.
Одним словом, это был очень оригинальный Кот, хотя всякую оригинальность не любил и преследовал:
во-первых, уже потому, что никак не мог отличить оригинального от модного, а – главное, потому, что все оригинальное, по его мнению, заслоняет от нас все обыкновенное, простое, что мы должны изучать или что требует нашей помощи.
Бедный Кот был немного помешан. У него была одна idee fixe, от которой не могли освободить его все европейские и американские эскулапы.
– Я, – говорил он, – родился на свет вниз головой, и с тех пор все на свете мне кажется вверх ногами».
Сражаясь в рядах морской пехоты Краснознаменного Балтийского флота, Юрий Владимирович оборонял блокированный фашистами Ленинград. В составе десантной бригады освобождал Петергоф, прошел до конца всю Великую Отечественную войну, закончив ее 8 мая 1945 г. под Лиепаей. Он был награжден орденом Отечественной войны II степени, медалями «За оборону Ленинграда», «За победу над Германией в 1941– 1945 гг.», медалью ордена «За заслуги перед Отечеством» II степени, «За доблестный труд в ознаменование 100-летия со дня рождения В. И. Ленина» и другими юбилейными медалями. Как же сложилась его жизнь в послевоенные годы?
